В две тысячи девятнадцатом я начала стримить игры на Twitch и YouTube. Для стариков поясню: это когда стример играет в игру и комментирует происходящее. Иногда — с веб-камерой. А другие люди на это смотрят и что-нибудь пишут в чат, а стример им что-то отвечает.

Так выстраиваются парасоциальные отношения. Парасоциальные отношения — это односторонняя связь, дружба, доверие к медийной персоне. Это односторонняя дружба. Например, мои подписчики — те, которых два с половиной, — практически не переписываются со мной в личных сообщениях, но охотно писали бы в чат, если бы я запустила стрим. За несколько лет нечастых стримов у нас даже сложились свои традиции, например периодически смотреть фильм «Отель „Гранд Будапешт“». Многие первые подписчики стали подписчиками и на этом канале.

Теперь же канал превратился из анонсов стримов в рассказы про психушку. Один подписчик даже подумал, что они вымышлены, но, увы, к сожалению, это не так. И если вернуться к тому первому стриму, то я просто пыталась справиться с социофобией, боязнью говорить с незнакомыми, пусть даже они всего лишь буквы в чате. Ну и с прочими комплексами, разумеется. Например, связанными с веб-камерой и внешностью.

Стримить было довольно непросто, и я перешла к написанию инструкций о том, как это всё настроить, и прочему — за что получала благодарности. По сарафанному радио мы даже парасоциально дружим с некоторыми людьми. И пусть мы общаемся пару раз в год, я всё равно ценю это. И благодарна, что вы не отписались, когда канал из стримов превратился в это.

Что же касается самих стримов, то, пожалуй, о них можно забыть. У меня больше нет мощного компьютера с изогнутым монитором, а есть всего лишь посредственный ноутбук. И микрофон Shure я подарила В., раз он занимается музыкой. Всё, что осталось, — это телеграм-канал о ментальных буднях человека, который пытался сражаться со своими комплексами и страхами стримами. Получилось не очень, но местами было весело. Спасибо, что остаётесь со мной, хотя бы парасоциально.